Иконоборчество и его жертвы: вот что бывает, когда Церковь втягивают в политику

Почему в оплоте христианского мира, в православной Византии, в VIII — начале IX века одни христиане ополчились на других? Из-за чего разразилась жесточайшая гражданская война между иконоборцами и почитателями икон? Они с таким ожесточением сражались друг с другом, что пришлось собирать Вселенский Собор, чтобы остановить братоубийство. Досталось и всей церковной иерархии — пострадали даже два Патриарха. А в середине VIII века чуть было вообще не запретили монашество как «рассадник мракобесия».

Иконоборчество, против которого в 787 году в городе Никее был созван XVII Вселенский Собор, возникло за 60 лет до этого при византийском императоре Льве Исавре, запретившем почитание икон, и достигло своего апогея в правление Константина V. Были уничтожены тысячи икон, мозаик, фресок, изваяний святых, алтарных росписей. Почитателей икон репрессировали, невзирая на статус, — пострадали Патриархи Герман I и Никифор, был предан анафеме богослов Иоанн Дамаскин, кого-то бичевали и ссылали, кого-то казнили.

Но почему в христианской стране так жестоко преследовали христиан только за то, что они чтят свои святыни? Причины тут не столько церковные, сколько политические.

При Юстиниане II духовенство в Византии занимало высшие государственные должности вплоть до министра финансов, и это неизбежно превращало его в некую политическую партию, притом далеко не самую популярную. Естественно, политические противники выдвинули анитиклерикальную программу, настаивая на соблюдении «светскости» государства и, по возможности, «секуляризации» самой Церкви. И главными врагами этого нового движения стали монахи — сила, способная оказать наиболее упорное сопротивление.

Разброд и шатания

В те времена обычный византийский обыватель был благочестив и строго соблюдал церковные обряды. Иконоборцы же щеголяли своим равнодушием к ним. Тот, кто проводил ночи в храме на молитве, уже считался у них неблагонадежным. А участвовать в кутежах, ругаться и божиться, брить бороду — было хорошим тоном. Порывая с традициями и вступая в борьбу с иконопочитанием, императоры-иконоборцы хотели, вроде бы не отрекаясь от христианства, свести его видимое присутствие в жизни общества к минимуму.

Иконоборчество и его жертвы: вот что бывает, когда Церковь втягивают в политику
Император Юстиниан со свитой. Мозаика церкви Сан Витале в Равенне. До 547 г.

Вообще-то, грубое языческое почитание изображений было чуждо и отцам Церкви. Когда Констанция, сводная сестра императора Константина Великого, спросила церковного историка Евсевия Кесарийского, где можно найти изображение Христа, запечатлевшее Его телесный образ, тот ответил, что истинный Его образ всякий христианин должен носить в своем сердце. А Серен, епископ Марсельский, в 598 году, видя, что его паства уже буквально обожествляет иконы, сорвал их и выбросил из церкви, чем произвел в народе большой соблазн. Но когда весть об этом дошла до папы Григория Великого, он направил Серену послание, в котором… похвалил его за ревность, хотя и не по разуму. Правда, тут же потребовал «утишить соблазн», произведенный в пастве: вернуть в храм иконы, которые «даны неграмотным людям вместо книги», и объяснить народу, как следует правильно их чествовать.

Конечно, поводы для беспокойства были, хотя зачастую причиной всему была теплая детская вера. Святой Феодор Студит не только не осудил, а даже похвалил одного вельможу, который избрал икону великомученика Димитрия крестным отцом своему сыну.

Но чаще всего грубо извращался сам церковный обряд и чествование икон действительно приближалось к идолопоклонству. Поэтому и на Востоке нашлись епископы вроде Серена Марсельского, считавшие, что ни вера, ни почитание святых от отмены икон не пострадают, зато церковный обряд приблизится к идеалу поклонения Богу в духе и истине.

«Монах в гарнитуровых штанах»

Но главное, на иконопочитателей ополчились политики, поставившие невежество народа в вину «клерикальному» режиму. Им уже мало было одной «отмены» икон — заговорили о секуляризации всего церковного имущества.

В 60-е годы VIII века начались гонения на монахов и монастыри — как якобы рассадники иконопочитания, а заодно и кузницы кадров «церковников». Дело шло чуть ли не к полной отмене монашества. Иконоборцы вели себя жестко: иноков принуждали облачаться в светлые одежды и жениться, а отказавшихся ослепляли и ссылали, иногда даже казнили. Монастыри конфисковывали, устраивали в них казармы для солдат или просто разрушали.

В провинции инициаторами гонений было начальство, в столице же бесчинствовала науськанная им толпа.

Иконоборчество и его жертвы: вот что бывает, когда Церковь втягивают в политику
Казни монахов (миниатюра из Хроники Иоанна Скилицы, начало XIII века)

Ползучее иконоборчество

В 787 году VII Вселенский Собор иконопочитание восстановил, но еще 56 лет иконоборчество процветало. Разбитое на церковной почве, оно осталось в силе на почве политической. Восстановление иконопочитания некоторые иерархи восприняли как восстановление своего общественного влияния. Опять начались «столкновения интересов», и при императоре Льве V, венчанном на царство в 813 году, партия иконоборцев снова взяла верх.

И все же сторонников у нее было уже гораздо меньше. Да и в элите настроения менялись.

В 842 году в Константинополе стараниями императрицы Феодоры был созван Собор, окончательно восстановивший почитание икон по всей империи, в память о чем мы каждый год в первое воскресенье Великого поста празднуем Торжество Православия.

Читайте также:

Иконоборчество: почему возникло и почему проиграло

Иконы или идолы? Почему православные почитают святыни?

Идол: рукотворная видимость или идейка

Фома

Поделиться ссылкой:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *